ХУДОЖНИК МИРА
Прославим наилучшего Художника, премудро и искусно сотворившего мир, и из красоты видимого уразумеем Превосходящего всех красотою…
Апостол Павел
Авраам верою ожидал города, которого Художник и строитель — Бог
Верою Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие, и пошел, не зная, куда идет. Верою обитал он на земле обетованной, как на чужой, и жил в шатрах с Исааком и Иаковом, сонаследниками того же обетования, ибо он ожидал города, имеющего основание, которого Художник и строитель — Бог.
Верою и сама Сарра (будучи неплодна) получила силу к принятию семени, и не по времени возраста родила, ибо знала, что верен Обещавший. И потому от одного, и притом омертвелого, родилось так много, как много звезд на небе и как бесчислен песок на берегу морском (Евр.11:8:12).
Святитель Василий Великий
Прославим наилучшего Художника, премудро и искусно сотворившего мир
Не напрасно и не без цели, но для полезного некоторого конца, представляющего существам обширное употребление, измышлен сей мир, — если только действительно он есть училище разумных душ, в котором преподается им Боговедение, и чрез видимое и чувственное руководствует ум к созерцанию невидимого.
Прославим наилучшего Художника, премудро и искусно сотворившего мир, и из красоты видимого уразумеем Превосходящего всех красотою; из величия сих чувственных и ограниченных тел сделаем наведение о Бесконечном, превысшем всякого величия, и по множеству Своея силы превосходящем всякое разумение. Хотя и не знаем природы сотворенного, но и то одно, что в совокупности подлежит нашим чувствам, столько удивительно, что самый деятельный ум оказывается недостаточным для того, чтобы изъяснить как следует самомалейшую часть мира и чтобы воздать должную похвалу Творцу, Которому слава, честь и держава во веки веков.
Если ты когда-нибудь, среди ясной ночи смотря на несказанную красоту звезд, составлял себе понятие о Художнике всяческих, Кто сей испестривший небо сими цветами, и почему в видимом мире более необходимого, нежели приятного; и опять, если во время дня трезвенным разумом изучал ты дивные чудеса, то пришел ты сюда готовым слушателем, достойным того, чтобы восполнить собою сие честное и блаженное зрелище.
Даровавший нам разумение, чтобы и из малейших творений познавать великую мудрость Художника, да подаст силы из великих тварей приобресть еще большее понятие о Творце, хотя в сравнении с Создателем и солнце и луна не более муравья и мошки. Ибо из них нельзя заимствовать такого умозрения, которое было бы достойно величия Бога всяческих, но могут они возводить нас только к малым некоторым и неясным представлениям, равно, как и каждое из самых малых животных, или былий.
Совершеннейший Художник Мира
Бог-Слово, как совершеннейший Художник, разлучив. природы и премудро сопрягая тварь, создает и меня — живое существо, сложенное из обеих природ, сочетая воедино и слово и бессловие, т. е. невидимую душу, в которой ношу я образ Всевышнего Бога, и видимое тело. Таково смешение этой досточестной твари, которую можно назвать новым миром, в мире малом — миром великим. И как Сам Он преисполнен света и добра, то и мне даровал несколько добра; восхотел же, чтоб оно было моим делом. А для сего показал мне тогда же границы той и другой жизни и определил их словом, придал в помощь твари закон, поставил меня самопроизвольным делателем добра, чтобы борьбою и подвигом приобрел я венец, потому что для меня это лучше, чем жить свободным от ограничений.
Подлинно суетны по природе все люди, у которых не было ведения о Боге, которые из видимых совершенств не могли познать Сущего и, взирая на дела, не познали Виновника, а почитали за богов, правящих миром, или огонь, или ветер, или движущийся воздух, или звездный круг, или бурную воду, или небесные светила. Если, пленяясь их красотою, они почитали их за богов, то должны были бы познать, сколько лучше их Господь, ибо Он, Виновник красоты, создал их. А если удивлялись силе и действию их, то должны были бы узнать из них, сколько могущественнее тот. Кто сотворил их, ибо от величия красоты созданий сравнительно познается Виновник бытия их (Прем. 13:1-5).
Художник — Творческое Слово
Небо, земля, море – словом, весь мир, эта великая и преславная книга Божия, в которой открывается самим безмолвием проповедуемый Бог, пока этот мир стоит твердо и в мире с самим собою, не выступая из пределов своей природы, пока в нем ни одно существо не восстает против другого и не разрывает тех уз любви, которыми все связал Художник — Творческое Слово, до тех пор он соответствует своему названию и подлинно есть мир (космос) и красота несравненная, до тех пор ничего нельзя представить себе славнее и величественнее его. Но с прекращением мира (ирини) и мир (космос) перестает быть миром (космос). Но когда в мире вещество возмутится само против себя и, готовя разрушение своим смятением, станет неукротимым или когда Бог, в страх и наказание грешникам, несколько нарушит стройный порядок или наводнением моря, или землетрясением, или необыкновенными дождями, или помрачением солнца, или продолжительностью какого-нибудь времени года, или извержением огня, тогда нестроение и страх разливаются на все, и среди смятения открывается, сколь благодетелен мир (ирини).
Наилучший Художник создал наше естество, как некий сосуд
Как в этой жизни художники дают вид орудию соответственно его потребности, так наилучший Художник создал наше естество, как некий сосуд, пригодный для царственной деятельности и по душевным преимуществам, и по самому телесному виду, устроив его таким, каким нужно быть для царствования. Ибо душа прямо показывает в себе царственность, и возвышенность, и великую далекость от грубой низости тем самым, что она, не подчиняясь, свободно, полновластно располагает своими желаниями. А это кому иному свойственно, кроме царя? И сверх того, соделаться образом Естества всем владычествующего — не иное что значит, как при самом создании немедленно стать естеством царственным. Ибо, как по человеческому обычаю, приготовляющие изображения державных и черты лица снимают верно, и облачением в порфиру покачивают царское достоинство, и изображение называется обыкновенно царем, так и человеческое естество, поскольку приуготовлялось для начальствования над другими, по причине подобия Царю вселенной, выставлялось, как бы неким одушевленным изображением, то общие с Первообразом имело и достоинство и имя, но не в порфиру было облечено, не скипетром и диадемою показывало свой сан (сего нет и у Первообраза), а вместо багряницы облечено добродетелью, что царственнее всех одежд, вместо скипетра утверждено блаженством бессмертия, вместо царской диадемы украшено венцом правды, так что в точности уподобляясь красоте Первообраза, всем доказывало царский свой сан.
Цветами Творец собственного Своего образа живописал наше естество
Наш Зиждитель, как бы наложением некоторых красок, т. е. добродетелями, расцветил изображение до подобия с собственною Своею лепотою, чтобы в нас показать собственное Свое начальство. Многовидны и различны сии как бы краски изображения, которыми живописуется истинный образ: это не румянец, не белизна, не какое-либо смешение сих цветов одного с другим, не черный какой-либо очерк, изображающий брови и глаза, не какое-либо срастворение красок, оттеняющее углубленные черты, и не что-либо подобное всему тому, что искусственно произведено руками живописцев, но вместо всего этого — чистота, бесстрастие, блаженство, отчуждение от всего худого, и все с сим однородное, чем изображается в человеке подобие Божеству. Такими цветами Творец собственного Своего образа живописал наше естество. Если же отыщешь и другие черты, которыми обозначается Божественная лепота, то найдешь, что и оных подобие в нашем образе сохраняется в точности.
Высочайший Художник-Бог
Высочайший Художник-Бог – во всем, что должно было делать, пользуясь Своею всемогущей силой, то есть Сыном, ибо «все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть» (Ин. 1:3), вначале и прежде всего другого сотворил небо и землю и призвал к бытию, хотя они никогда не существовали. Если же, быть может, кто-либо спросит, каким образом и откуда, то он услышит от нас следующее мудрое и поистине превосходное слово: «Кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему?» (Рим. 11:34). В каждом из сотворенных дел Зиждителем было Слово, и одно только мановение Его давало бытие всему.
Святитель Климент Римский
Всему повелел быть в мире великий Создатель и Владыка всего
Небеса, движущиеся по Его распоряжению, в мире повинуются Ему, день и ночь совершают определенное им течение, не препятствуя друг другу. Солнце и лики звезд, по Его велению, согласно, без малейшего уклонения проникают на назначенные им пути. Плодоносящая земля, по Его воле, в определенные времена производит изобильную пищу людям, зверям и всем находящимся на ней животным, не замедляя и не изменяя ничего из предписанного им. Неисследимые и непостижимые области бездны и преисподней держатся теми же велениями. Беспредельное море, по Его устроению соединенное в большие водные массы, не выступает за положенные ему преграды, но делает так, как Он повелел. Ибо Он сказал: «Доселе дойдешь. и здесь предел надменным волнам твоим» (Иов. 38:11). Непроходимый для людей океан и миры, за ним находящиеся, управляются теми же повелениями Господа. Времена года – весна, лето, осень и зима мирно сменяются одно другим. Определенные ветры, каждый в свое время, беспрепятственно совершают каждый свое служение. Неиссякающие источники, созданные для наслаждения и здравия, непрестанно доставляют людям свою влагу, необходимую для их жизни. Наконец, малейшие животные мирно и согласно составляют сожительства между собою.
Всему этому повелел быть в мире великий Создатель и Владыка всего. Который благотворит всем, а преимущественно нам, которые прибегли к милосердию Его через Господа нашего Иисуса Христа, Коему слава и величие во веки веков.
Преподобный Иоанн Кронштадский
Художник мира — Бог
Смотря на цветы художественно-прекрасные, украшенные Создателем так, как не одевался и Соломон во всей славе своей, и, между тем, которые завтра будут брошены в печь, я думаю: что стоит Создателю любящее его разумное создание одеть светом и славой в будущем веке, если Он так одевает ничтожные цветки? Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их (Мф. 13:43). Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры! (Мф. 6:29-30).
Бывает, что люди, изумляемые искусством художника-человека, до того пленяются искусством его, что желали бы от полноты признательного сердца братски облобызать его (потому что прекрасное как-то обще всем людям и связывает творца прекрасного любовью с людьми, созерцающими прекрасное) и, не видя его, целуют его произведение, видя в нем как бы его самого, так и мы, смотря на цветок или травку, прекрасно сотворенные Художником мира — Богом, можем лобызать их, видя в них проявление Творческой премудрости.
Печати Триединого Художника
Видимый мир составлен из трех проявлений бытия: а) физические силы, б) стихии или сферы бытия и в) органические проявления бытия.
Каждое из этих трех проявлений бытия существуют одно в другом нераздельно. Силы обнаруживаются в стихиях, организмах и обратно. Организмы и стихии не мыслимы без физических световых сил (которых три: свет, электричество и теплота) и без стихий (которых также три: вода, воздух и земля). К этому надобно прибавить, что и органические проявления бытия имеют три степени: растения, животные и люди.
Таким образом, видимый мир имеет несомненную печать того, что Художник его есть Триединый Творец. В частности, нет ни одного проявления бытия, в котором нельзя было бы открыть печать тройственного единства Создателя его. Возьмем для примера тела небесные: солнце, луну и звезды. Каждое из них имеет светлый диск, сияние и лучи, распространяющиеся, как говорится, с быстротой молнии. Несомненно, что эти три имеют одну природу и содержатся, то есть существуют нераздельно одно в другом. Так, светлый диск солнца производит сияние и испускает лучи. Своим существом содержится в сиянии и лучах. Последние все, что ни имеют, имеют от светлого солнечного диска. То же можем найти и в земных предметах: воде, воздухе и суше. Вода последовательным переходом в лед и пар указывает не только на единство природы и сущности этих трех проявлений одного и того же водного вещества, но и на то, что каждый из трех видов существует один в другом нераздельно и несметно. Разве это не печать Триединого Художника водного вещества? Воздух, наполняющий пространство тверди небесной, имеет также три вида или степени. В вышних слоях — это тончайший эфир, который, по физическим гипотезам, волнообразным колебанием своих неделимых частиц производит ощущение света.
В средних слоях — это сфера для образования вод над твердью, то есть тех пресных вод, которые, поднимаясь от морей в виде испарений, перерабатываются в средних атмосферных слоях в пресные и служат для наполнения пресноводных бассейнов на земле. В нижних слоях это сфера для дыхания жизни растений и человека; сфера, в которой образуется дыхание ветров, — роса, туман, испарения. Несмотря на разновидность воздуха в разных атмосферных слоях, основная сущность его по химическим исследованиям повсюду одна и та же, как в душных, спертых, зловонных подземельях, так и на вершине высочайших гор. Всюду одно и то же отношение состава кислорода, водорода и азота. Не видна ли тут печать Триединого Художника воздушного вещества? Земля, в смысле суши, имеет также три вида одной природы, существующих нераздельно один в другом, а именно металлы, минералы и земли, в смысле почвы. Каждый из этих трех видов имеет видоизменения. Характеристические особенности их укажут в них три группы сходных разновидностей. По крайней мере, хорошо известно, что земли, в смысле почвы, имеют три характерные разновидности: песок, глину и чернозем. Ибо все прочие сорта почвы группируются по своим особенностям около этих трех главных видов, существующих нераздельно один в другом.
В царстве растительном: зелень, то есть трава, сеющее семя и дерево плодовитое. Каждое неотделимое в царстве растений, начиная с полевого цветка, представляет сочетание нераздельное и неслитное трех растений, существующих одно в другом: корень, стебель и цвет или плод. Не видно ли и тут печати Триединого Художника царства растительного?
В царстве животном три рода организмов, соответствующих трем сферам обитания, и каждое неотделимо совмещает в себе все три сферы. Поэтому и здесь три рода живых организмов существуют один в другом, ибо имеют органы дыхания, питания и чувств, более или менее одни другим соответствующие. Не есть ли это печать Триединого Художника царства животного? Человеку, как венцу творения, в котором Зиждитель мира положил Свое особенное благоволение, ради которого не пожалел принести в жертву и Своего возлюбленного Единородного Сына, печать Триединого Художника явственно уясняется Божественным Откровением (Быт. 24:6; Иак. 9; Ефес. 4:24).
И самое тело человека не лишено печати Триединого Художника своего
Ум, свобода и бессмертие составляют существенные свойства Божий и существенные свойства человеческого духа. Бог, чистейший Дух, един по существу, но троичен в Лицах. В этом отношении некоторое отражение образа Божия можем, последуя учителям Церкви, находить в единичности человеческого духа при тройственности существующих сил. Различно называют их — памятью, разумом и волей; или — умом, словом и духом; или — умом, волей и чувством.
Наконец, можем полагать образ Божий, дарованный человеку при творении, — в царственной власти и владычестве над всеми земнородными животными и над всей землей. Но все это относится к области человеческого духа, между тем и самое тело человека не лишено печати Триединого Художника своего. Оно представляет в себе тройственное явление бытия: растительное, чувственное и душевное, существующие нераздельно одно в другом. В теле человека дивно совмещены три резервуара физической жизни: желудок, сердце и мозг. Связь их так устроена, что эти три представляют одно нераздельное бытие трех физических отправлений: растительной жизни и душевно-чувственной жизни. Полагаем, что и тут видна печать Триединого Создателя человека.
Все видимое нами в вещественном мире возникло по мановению творческого изволения Божия из праха, в сущности своей есть не что иное, как прах. Как ни часто слышим это, как ни часто сами повторяем это понаслышке, но до сознательного представления себе этой основной истины нелегко удается дойти.
Для уяснения того, что все видимое в мире есть прах и пыль, хотя и представляет неисчислимое разнообразие, наглядным примером служит тело человека, превращающееся в прах, из которого создано. Помимо этого замечаем величайшее разнообразие внешних особенностей одного лица человеческого среди других человеческих лиц при однообразном начертании. Даже порознь каждый член тела отличается от соответственных членов у других при единстве в очертании и конструкции. Это дает понять, что сущность человеческой природы очень проста, несмотря на разнообразие видоизменений, в соответствии с Откровением о том, что природа мира есть видоизменение брения или праха, совершившееся по мановению творческого изволения Божия (Прем. 11:18). Такой одной, ничем не ограниченной Силе, Премудрости и благости Божией могло быть доступно, ведомо и угодно из ничтожного вещества, праха создать то неисследимое разнообразие внутренней конструкции и внешнего вида, которое наполняет мир Божий неисчерпаемым богатством природы в царствах животном, растительном и ископаемом.
Эти три царства имеют общую природу — прах. Они носят, как и весь мир, печать Триединого Творца своего. Неорганическая природа — источник жизни и первоначальная основа остальных двух. Они проявляют глубоко скрытую в недрах своих жизнь — в растительном, а чрез него и животном царстве. Царства животное и растительное — видимые, самостоятельные проявления невидимой жизни, содержащейся в неорганической природе. Куда бы ни обратили мысленные взоры, всюду на всех творениях Божиих видна явственная печать творчества Триединого Творца и Зиждителя, и Бога нашего.
Мир построен по одному простому плану и построен из единого простого вещества, но своим величием и разнообразием он обязан единственно безграничной премудрости, благости и силе Божией. Верно и то, что естественные силы природы вещества, созданного Богом, таковы, что взаимодействие их может поддерживать установленное Богом разнообразие качеств и равновесие количеств различных тел. Тела имеют одну и ту же сущность естества вещественного — прах. Взаимодействие же сил природы, главным образом, сосредоточивается в двух величайших двигателях природы: электричестве и теплоте. Начала эти, вероятно, имеют общее происхождение от непосредственной силы света. Ею оживляется вещество, движутся атомы и миры к определенной Богом цели, только Ему Одному вполне известной. Весь видимый мир, представляющий беспредельное разнообразие самого простого вещества, в сущности и прост, и беден, и ничтожен. Если же не представляется таковым, то единственно потому, что самое ничтожество в руках Божиих получает характер и свойства неизмеримого величия.
Источник