Меню

Изображение космоса это пейзаж

Космическая тема в работах советских художников

Идея освоения человеком Вселенной не могла обойти стороной изобразительное искусство. Тема большая и красивая, живописных работ, с ней связанных, очень много, и многие из них прекрасны. Вот некоторые из них.

Таир Салахов. «Тебе, человечество!» 1961

Поскольку холст размером 180×594 см не умещался в мастерской Салахова, художник писал картину в помещении соседней школы. Символично, что эта работа впервые была выставлена 12 апреля 1961 года. Таир Салахов о своей работе: «Писал я это большое полотно размером два на шесть метров не по заказу, а по внутреннему, оптимистическому велению души. Мои предчувствия, как оказалось, опередили время: буквально в этот день все услышали сообщение о полете в космос Юрия Гагарина».

В том же 1961 году Александр Дейнека создал эскиз к мозаичному панно, которое должно было украсить московский Дворец съездов — «Покорители космоса». Дворец предполагалось украсить ещё несколькими большими мозаиками, объединёнными в цикл «Люди Страны Советов», который показывал бы историю СССР от гражданской войны до покорения космоса.

Александр Дейнека «Покорители космоса» 1961

Творчество советских художников передаёт ощущение сбывающегося счастья и того, что завтрашний день будет ещё лучше сегодняшнего. Это счастье человека-творца, созидателя и победителя.

А. Мазитов «Чайка» 1964. Холст, темпера. 169 x 264,5 см

Валентина Терешкова совершила полёт в космос в июне 1963 г. Картина «Чайка» была написана Амиром Мазитовым по горячим следам — в 1964 году. Терешкова занималась в Ярославском аэроклубе с 1959 по 1961 гг., и художник изобразил её на лётном поле с парашютом, картина пронизана предчувствием полёта.

Герои того времени — космические путешественники, учёные, первооткрыватели.

Леонид Тихомиров, ОльгаТихомирова «Во имя человечества»

Рубен Гевондян «Бюракан» 1971 (Бюракан — место, где расположена обсерватория в Армении)

В своей работе «Звёдный час» Рубен Гевондян вводит, подчёркивая связь времен, идущие от средневековья символы трёх стихий — водной, земной и воздушной, властелином которых стал человек на своем пути в космос.

Рубен Гевондян «Звёздный час» 1970-е

На картине Камиля Муллашева «Утро» запечатлен момент возвращения на Землю: спускаемый космический аппарат приземлился в казахской степи.

Камиль Муллашев «Юность» из триптиха «Земля и время» 1978

И конечно, главный герой времени:

В. С. Василенко «Юрий Гагарин»

Владимир Фельдман «Звёздам навстречу. Первый космонавт Юрий Гагарин» 1961

Источник

Космическое искусство или космос в искусстве?

Нам кажется, что невозможно влюбляться в космос, если не видишь, насколько он красив и многогранен. Конечно, можно смотреть графику из интернета, можно листать фотографии телескопа Хаббл, можно смотреть фильмы. Но не стоит забывать и про художников!

Да, многие авторы изображали просторы Вселенной. Все по-разному видели космическое пространство. Человека всегда привлекало непознанное. Жгучая смесь страха перед неизвестностью и желания узнать, что же там на самом деле, заставляла людей двигаться дальше и открывать для себя новые глубины.

Космос поражает своей необъятностью и бездонностью. Люди, казалось бы, покорили его просторы, но это лишь видимость. Чем больше тайн мы открываем, тем больше новых вопросов встаёт перед нами. И эта бездна манит к себе не только космонавтов, но и поэтов, писателей, учёных, художников.

Сегодня мы покажем вам некоторые картины художников, вдохновленных глубинами космоса. Если вы хотите видеть больше таких постов, поддержите нас лайком, и мы поймём, что вам такое тоже нравится.

И да, читайте подписи к картинам, там вся информация

Алексей Леонов не только художник, но и один из самых известных советских космонавтов. Он стал первым человеком, вышедшим в открытый космос. Его картины очень реалистичны. Леонов стремится показать в них всё так, как увидел он сам 18 марта 1965 года.

Читайте также:  Задачи для детей по теме космос

Помимо картин, Леонов вместе с художником-фантастом Андреем Соколовым создал коллекцию марок с изображениями космических просторов. Их работы были признаны лучшими марками СССР 1972 года в разделе «Советская наука и техника».

Олег Высоцкий — современный художник-космист. В его работах человек и космос образуют некое единство, соединение духовного мира человека и Вселенной. Картины Высоцкого называют «поэмой о беспредельности».

Боб Эгглтон — американский художник-иллюстратор, работающий в жанре научной фантастики и фэнтези. Он создавал обложки для книг многих именитых фантастов, в числе которых Артур Кларк и Айзек Азимов.

Богатое воображение автора порождает неповторимые космические пейзажи, в которых реальность причудливо сочетается с вымыслом.

Уолтер Майерс с самого детства увлекался астрономией. Он мечтал побывать в космосе, и это ощущение передалось его картинам. Майерс создает пейзажи всех планет и их спутников.

В работе он опирается на научные данные, и это позволяет зрителям увидеть максимально достоверные изображения. Кроме того, Майерс сопровождает картины комментариями — научными описаниями планет.

Алексей Кашперский, современный художник, создает акварельные космические пейзажи, завораживающие своей необычной техникой и мрачными тонами.

В своих работах Кашперский использует как двухмерную, так и трехмерную графику.

Источник

Космическая живопись: Георгий Иванович Курнин

Частенько при написании предыдущих постов об астрономии и космонавтике, я вставлял картины различных авторов. И вот решил создать отдельный цикл постов, посвященный авторам, рисующим или рисовавшим в этом жанре. Предлагаю и вам, дорогие друзья, окунуться в невероятные миры, частью фантастические, частью реальные. Но само их представление сперва в мозгу художника, а потом и на полотнах, говорит о том, что не все еще потеряно, что есть еще Люди, которые верят в светлое будущее, в познаваемость и досягаемость мира да и верят в самого Человека.
И начну с описания жизни и творчества Георгия Ивановича Курнина.

Георгий Иванович Курнин родился 26 ноября 1915 года в городе Ташкент. В рабочей, но очень образованной семье. Его отец, высококвалифицированный маляр, увлекался живописью не только теоретически, но и практически — он рисовал много этюдов. И Георгий Иванович перенял у него эту страсть, научившись рисовать раньше, чем читать.

— В юности, – рассказывает Георгий Иванович, – я страстно хотел стать путешественником и всерьез готовился к этому. Занимался спортом. Много читал книг по географии, археологии, палеонтологии, ботанике и зоологии. Много рисовал и писал красками, так как и это было нужно для путешественника. Школьный учитель рисования настоял, чтобы я после седьмого класса поступил в художественную школу. Так я и сделал, ведь это не противоречило моим замыслам.
Так или иначе, но выбор был сделан; за художественной школой последовал университет, несостоявшийся путешественник стал поначалу искусствоведом, а затем и художником.
Впрочем, почему – несостоявшийся? А его экскурсы в иные миры?
— В нашей библиотеке, – вспоминает художник, – было очень много сказок, их любила вся наша семья. По вечерам к нам приходили соседи, и старшая сестра, мечтавшая стать актрисой, читала вслух. И, верно, умела хорошо читать, потому что слушатели весьма активно переживали все эти сказочные истории. А для меня они были как бы второй реальностью: я нисколько не сомневался, что все, о чем рассказывалось, происходило на самом деле. Потому в юности, встретившись с книгами гениального Жюля Верна, я сразу увлекся фантастической литературой и с упоением читал все, что мог достать. Живопись, фантастика, музыка стали главными увлечениями в моей жизни. Вполне логично и естественно, что свое творчество я посвятил Космосу. Я стоял перед этой темой, как стоит путешественник перед Терра Инкогнита – Страной Неизведанной. Меня неодолимо влекло как можно скорее начать путешествие в эту таинственную страну, но в то же время я хорошо понимал: нужна большая подготовка, чтобы сделать даже первый шаг.
— В основном нужно было решить две задачи, – рассказывает далее Георгий Иванович. – Во-первых, основательно проштудировать точные науки. Особенно астрономию и все, что с ней связано. Во-вторых, нужно было научиться картину, рожденную воображением, видеть ясно, как реальную. Решение первой задачи требовало только времени. Но как решить вторую. Я начал тренировку воображение путем писания картин на земную тему – по памяти, впечатлению и настроению, без помощи этюдов и эскизов. Только через пять лет такой подготовки я решился написать первую картину о другой планете.
Столь тщательно продуманная подготовка принесла – и продолжает приносить – свои плоды: сейчас в активе художника, помимо двадцати пяти сугубо земных картин, – тридцать космических полотен.
Тридцать окон в иные миры. Знакомство читателей журнала с четырьмя из них, нигде до сих пор не публиковавшимися, хочется закончить строками из «Звездных сонетов» Леонида Вышеславского:
Мы со своей мечтою дерзновенной
отныне – корабельщики Вселенной.
Вселенная – открытый океан!

Затем случилось несчастье — Курнин получил тяжелую травму позвоночника, надолго потеряв подвижность. По совету врачей он переезжает в Сочи и начиная с 1949 года он практически полностью переключается на космическую тематику в живописи.

Читайте также:  Садовый светильник космос koc sol225

Вот как описывает его творчество искусствовед, кандидат наук Александр Лабзин (источник http://www.fandom.ru/about_fan/kurnin_00.htm)

В творческом багаже Курнина немало интересных оригинальных полотен. Начинал он как художник-жанрист. Потом посвятил себя пейзажу Средней Азии. Природа этого удивительного и огромного края покорила его. Покорила прежде всего своими контрастами. Его поражало буйство красок оазисов и величавое однообразие пустынь. Его одинаково захватывали и бурные ритмы жизни плодородных долин, и горделивое молчание гор. Этими контрастами отмечены пейзажи Курнина, над которыми он работал в Средней Азии. Контрасты он искал и позже, когда переехал на Черноморское побережье Кавказа. Созданные здесь произведения можно назвать поиском необычного в обычном. Вот море, залитое июльским солнцем. Пустынный берег с раскаленной галькой. Над берегом колышется легкое марево — еле уловимые, хрустально-прозрачные извивающиеся струи воздуха. Художник пытается сделать их более зримыми, осязаемыми, материальными. В этих серебристых струях, тянущихся от раскаленной земли, мы видим как бы сгущенное марево, его конденсат. Перед нами гипербола природного явления. В результате — ощущение не просто реальности, а сверхреалности, особой осязаемости происходящего.
Найти необычное в обычном — такую задачу ставил перед собой Курнин, работая над некоторыми земными пейзажами. Теперь, когда он обратился к фантазиям на космические темы, его творческую сверхзадачу можно сформулировать так»: увидеть знакомое в необычном. Думается, что эти две задачи тесно связаны, одна является продолжением другой. Заглянуть в мир, который существует где-то в неоглядной дали, в мир, который нередко только предполагается, — решению этой творческой проблемы подчинен живописный язык Курнина.

Эта картина появилась до того, как к Венере отправились автоматические межпланетные станции (как это было — можете почитать тут Открытие Венеры. Часть 1 — Конец легенды.). Вот что пишет про нее Александр Лабзин (источник http://www.fandom.ru/about_fan/kurnin_00.htm):

Что было тогда известно о Венере художнику? Курнин рассуждал приблизительно так: при наличии мощного плотного слоя атмосферы солнце будет высвечивать в облаках лишь то место, над которым оно находится. Большие температуры на поверхности планеты, доходящие до 500° С, означают, что легкоплавкие металлы окажутся в жидком состоянии, а каменные массы — раскаленными и спекшимися. Очевидно должны быть вулканы.
Колорит картины выдержан в необычных красноватых тонах. На переднем плане озеро расплавленного металла, окруженное раскаленными скалами, края которых тоже оплавлены. Дальше — скалы, за которыми видно уходящее вглубь ущелье. А надо всем этим низкие плотные облака, сквозь которые просвечивает огромное заходящее солнце.
Когда спустя многие годы с художником встретились астрономы, исследовавшие данные космических зондов, запущенных к Венере, они подтвердили, что мир этой планеты должен выглядеть именно так.

Вот что писал про эту картину летчик космонавт, дважды Герой Советского Союза В.И.Севастьянов (источник http://www.fandom.ru/about_fan/kurnin_00.htm)

Пожалуй, никто в прошлом так точно и с такой тщательностью не регистрировал необыкновенные небесные явления, как древние астрономы Востока, По единодушному утверждению хроник, в 1054 году в созвездии Тельца засияла очень яркая, никем не виденная ранее звезда-гостья.
По блеску она превосходила Венеру и некоторое время была третьим, после Солнца и Луны, светилом. Позднее выяснилось, что звезда-гостья — теперь ее называют сверхновой — вспыхнула в центре знаменитой Крабовидной туманности.
Эту вспышку — редчайшее явление во Вселенной — я увидел на полотне художника Георгия Ивановича Курнина. Мгновенное свечение сделало хрустальными громады скал и фиордов, подступивших к морю («Взрыв сверхновой звезды»).
Я не берусь судить о мастерстве Курнина как искусствовед или художник. Тема его произведений близка мне как космонавту. Не раз я пытался представить себе, какими могли бы быть проявления жизни на других планетах, в других галактиках. Курнин показывает нам миры Синего Солнца, Желтого Солнца. Рубиново-Красного Солнца. Работы очень различны и по цвету и по композиции, но все они как бы слились в единую симфонию космоса.
Меня убедило в правдивости, если так можно выразиться, фантазии художника точно переданное переплетение света и тени, мягкий переход от одного тона к другому. Именно такая переливчатая гамма цветов видится человеку, побывавшему в космосе. Контрастом по сравнению с первым полотном, написанным в холодных синих тонах, представляется «Закат па планете Большого Красного Солнца». Огромный багровый диск застыл над горизонтом, отдавая последнее тепло лианоподобным растениям, как бы прощающимся с ним.
Я не без удивления узнал, что Георгий Иванович сначала «слышит» картину, ярко представляя цвет в музыке, и лишь потом пишет ее. Так Блок слышал еще не созданные стихотворения, так Скрябин «пробовал» цвета на слух.
Услышанный и представленный до мельчайших подробностей космический сюжет художник «выплескивает» на большой холст. Его фантастические симфонии ложатся на просторные, размером 2×3 метра, холсты.
И еще одна особенность, отличающая творчество этого фантаста. На его полотнах вы не увидите космической техники. Она осталась где-то за пределами картины. И это, на мой взгляд, естественно, правдиво. Человек, прилетевший на неизведанную планету, о которой столько мечталось, поначалу будет жадно осматриваться. Георгий Иванович очень точно передает настроение этих волнующих первых минут. Когда я разглядывал полотна в мастерской художника, мне подумалось: написать такое под силу только увлеченному, знающему, интересному человеку. И действительно, Георгий Иванович, посвятивший более двадцати лет своей жизни космической фантастике, оказался именно таким человеком. Он необыкновенно требователен к себе.

Источник