Вселенная для двоих
У вас появилась возможность начать слушать аудио данной книги. Для прослушивания, воспользуйтесь переключателем между текстом и аудио.
Вселенная для двоих
Шины автомобиля тихо шуршали по гравию. За окном проплывали природные пейзажи. Солнце постепенно клонилось к закату, но было еще время добраться до коттеджной стоянки засветло. Важно было успеть до наступления темноты добраться до нее, ведь в горах солнце садится рано. От стоянки у подножия до лагеря было около полутора часов пути по достаточно крутому склону, который приходилось преодолевать практически в темноте, зато на месте была достаточно ровная площадка, будто самой природой задуманная для таких ночей. Эти места не были многолюдными, по крайней мере основная масса туристов останавливалась в коттеджах у подножия, на берегу озера, предпочитая легкий отдых на природе сложному горному подъему. Но я никогда не славился тягой к обыденности и любовью к людным местам. В моих планах значилось небольшое восхождение и то, что оно обещало мне подарить. Ночь была очень светлая – то, что нужно. Лишь легкий ветерок шевелил высокую траву, будто шептался о чем-то. Впереди показались огни коттеджей. Самое время, я глянул на свои часы и убедился, что все идет по плану. Спустя некоторое время я уже сворачивал к парковке у коттеджей. Бронировать себе коттедж я не стал, так как утром я уже собирался двигаться дальше. Пара дней в отеле и самолет. Здесь вполне можно было договориться с администрацией, чтобы оставить машину на стоянке.
Заглушив двигатель, я выбрался из машины, по пути прихватив из багажника рюкзак со всем необходимым. Собственно, для этого небольшого восхождения мне не требовалось основательной экипировки, я лишь взял немного воды, пару бутылок вина, чтобы отдохнуть на вершине, да коврик, чтобы смягчить каменную поверхность. Теплая толстовка тоже лежала свернутой. Да, турист я сильно так себе по меркам профессионалов, решил выпить вина под звездами ночного неба на горной вершине. Вряд ли это блистало профессионализмом. И тут я вспомнил, что именно забыл взять со стола, когда собирался путь. Фонарик. Восхождение ночью по склону без освещения было довольно рискованным. Да, это не отвесные скалы, но все же даже днем требовалась сноровка и осторожность, чтобы не прокатиться мягкими местами по склону вниз.
— Прошу прощения! Добрый вечер! – я обратился к одному из работников коттеджной стоянки, — у вас не найдется фонаря, буквально до утра одолжить?
— Конечно, всегда держим парочку, — вежливо ответили мне, — подождете минуту? Я принесу.
— Очень благодарен вам, выручили! – я вздохнул с облегчением, что не придется подниматься впотьмах, светя себе телефоном. Не мог себе позволить потратить заряд аккумулятора на освещение, он нужен был мне для другого дела.
Через минуту фонарик уже был у меня в руках и проверен на работоспособность. Работник заверил меня, что батарейки свежие. Можно было двигаться в путь, и я, взглянув на свой автомобиль, направился вдоль коттеджей к озеру, по берегу которого и шла тропа к подъему. Даже здесь, в лагере у подножия сегодня было тихо. Воздух был удивительно свежим, немного прохладным, но очень чистым. Никакого городского загрязнения и шума. Здесь вообще не было людей в это время, так что я шел вперед, слыша лишь похрустывание гравия под ногами да легкий шелест волн озера где-то за деревьями. До начала восхождения оставалось идти минут десять. Солнце практически скрылось в горах и на окружающий мир медленно опускались сумерки. Я неторопливо шагал, погруженный в собственные мысли, дорога выгибалась вдоль берега озера и была вполне ровной. Солнце в этих местах садится очень быстро, поэтому мне уже пришлось достать фонарь. Как раз на пороге уходящей вверх узкой тропки. Около полутора часов предстояло взбираться вверх до той самой ровной площадки.
Не могу назвать себя достаточно тренированным человеком, и подобное восхождение для меня не самое простое занятие. Спустя десять минут после подъема мое сердце уже бодро стучало по ребрам, а дыхание походило на сопящего в берлоге медведя. И тем не менее, я упорно карабкался вверх в неровном свете фонарика. Пройти километр по ровной дороге – дело нехитрое, взобраться на километр вверх – куда более сложное дело, особенно, когда плечи оттягивает все более тяжелеющий от нагрузки рюкзак. Пару раз сделав небольшой привал, я как мог восстанавливал дыхание и двигался дальше вверх. Бутылка с водой стремительно иссякла. Наконец тропа вывела меня на почти ровную площадку. На такой высоте ветер был немного сильнее, чем у подножия, но все же был легким. Я оперся руками на колени и тяжело дышал. Минуту или две мне понадобилось, чтобы частично восстановить дыхание. Вынув из рюкзака средний размеров коврик – каремат, как их называют туристы, – я расстелил его на самом ровном участке и присел. Вид, который открывался отсюда, сразу же перечеркнул всю усталость и тяжелое восхождение. Это было поистине прекрасное зрелище, оно явно стоило всех затраченных усилий. Передо мной открылось стремительно темнеющее небо, на котором уже начали появляться первые звезды. Улыбнувшись, я вздохнул и просто завалился на каремат, сложив руки под голову и глядя на красоты природы. В этой тишине слышно было абсолютно все. Даже ветер, казалось, обрел голос. Он что-то шептал, едва слышно касаясь кожи. Я поднялся и осторожно встал у края, глядя вниз, на далекое озеро и лесной массив на другом берегу, воздух был настолько прозрачным, что взглядом можно было охватить огромную территорию с такой высоты. Я глубоко вдохнул ночной воздух. Сложно было представить что-то более умиротворенное сейчас. Я достал из рюкзака одну из бутылок вина, и с легким хлопком открыл ее небольшим штопором. Не сложно догадаться, что никаких бокалов я с собой не брал. Равно как и пластиковых стаканчиков. Пить вино из таких «Бокалов» какое-то кощунство, как по мне. Вы резонно заметите, что пить вино из бутылки немногим более благородное занятие, но я сказал бы вам – залезайте ко мне на скалу и скажите это лично. Здесь, вдали от людей и общества, от городов и суматохи шумных улиц, не было никакой разницы, как вы пьете вино. Пейте и наслаждайтесь окружающим миром и атмосферой.
Источник
Вселенная на двоих Текст
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
© Sofian Sirri, 2019
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Есть такая категория людей – «ничьи». Они немного эгоистичны, самовлюбленные и горделивы. Им сложно построить отношения, ибо они не ищут утешения в других (но если и находят, то это навечно). Такие люди сами по себе. От них исходит холод и одновременно притягательная сила. Их сложно понять и тем более почувствовать – они наблюдатели. «Ничьи» – их чувства, эмоции и желания находятся под властью рационального мышления, оценки происходящего и поиска выгодной позиции. Они не стремятся попасть в стадо. Они «ничьи» – и так им проще.
Я проснулся от ночного кошмара. На часах зеленым светилось 3:30. Еще какое-то время не понимал происходящего и просто лежал, глядя в потолок. Я слышал каждый удар сердца, он в стократно отдавал в мои барабанные перепонки, дыхание было спокойным. Еще немного, глаза привыкли. Моему взору предстал обычный знакомый вид: желтые обшарпанные шторы, старенький шкаф и телевизор, на котором стояли часы. Внезапно меня охватила дрожь, я укутался еще сильнее в одеяло. В голову стали приходить мысли о моей жизни, я обычный подросток до которого никому нет дела. Я ничем не занимался, прогуливал школу и особых талантов у меня тоже не было. Родителей у меня нет, так и не знаю, что с ними случилось, жил я со своей тетей, которой на меня было все равно. Ее звали Элис, и она из ниоткуда появлялась в квартире и в никуда уходила. Короче, видел я ее редко, в основном она даже не ночевала, а если и приходила, то поздней ночью и так же рано уходила. Все наши отношения сводились к тому, что она давала мне денег, которые оставили мне родители и кричала на меня за то, что я не убрался в ее отсутствие. В общем, не жизнь, а сказка. И от этой сказки иногда становилось так тошно, что хотелось помереть. Но я сильно не парюсь, ведь все мы когда-то умрем…
Время неслось незаметно, нужно было собираться. Я нехотя встал с кровати. Зашел в такую же старую душевую, как и все, что здесь есть. Видимо, никто никогда не знал, что существует слово «ремонт». Посмотрел в зеркало и как всегда с отвращением стал рассматривать свое тощее лицо. Вид, конечно, был у меня мрачный, а огромные синие мешки под глазами никогда не исчезали с моей физиономии. Я посмотрел на свое тело и почувствовал ненависть. Искренне ненавидел то немощное худощавое тело, а цвет моей кожи был впечатляющий, если бы лечь в гроб – точно покойник. Еще раз взглянув на свое лицо, я достал зубную щетку и принялся вычищать желтые от сигарет зубы. Странно: такой молодой, а тело мое дряхлое, как у старика. Никогда не пойму эту жизнь.
Закончив все процедуры, я отправился в поисках завтрака. На кухне неприятно пахло чем-то сгоревшим, по всей видимости Элис снова что-то спалила. Она ужасно готовит. Я открыл холодильник и не удивился, что там ничего не было, кроме двух яиц. Придется опять пойти в кафе напротив, а денег у меня было не густо. Открыл шкаф, меня сразу обдало запахом плесени. Вы не представляете, как меня уже выводил из себя этот дом. Схватив первые попавшиеся вещи, я оделся и обул свои любимые кеды, впрочем только их я и одевал. На лестничной площадке разминулся с соседкой, которая меня всем сердцем ненавидела из-за того, что часто прихожу домой пьяный. Она всех пьяных ненавидит ибо у самой муж алкаш. Что-то пробубнил ей, выбежал на улицу. Мне почему-то очень не хотелось находиться в этом здании. Свежий воздух сразу взбодрил меня. Нащупав мелочь в кармане, я перебежал дорогу. Меня сразу встретила официантка, милая такая девушка, она всегда мне улыбалась. Не знаю то ли только мне, то ли всем, но иногда я замечал, как она подглядывает за мной.
– Тебе как обычно? – спросила Кэт, было видно, что она рада меня видеть.
– Да, – улыбнулся ей в ответ, застенчиво отвел глаза и, глядя себе под ноги, прошел в зал.
Я сразу сел у окна. Мне нравилось наблюдать с утра за толпами людишек, как они торопятся куда-то, бегут, спотыкаются. Я наслаждался таким хаосом, мне всегда смешно от такого безумия. Все они живут так, как будто точно знают, что завтра проснутся. Пихаются, скандалят из-за того, кто не уступил место и прочее. Так и сидел, пил свой кофе с булкой, который уже принесла Кэт, мир как будто замирал вокруг меня, я находился в какой-то капсуле времени, в которой время длилось вечность, а все вокруг непрестанно двигалось и торопилось жить. Я безмолвно улыбался такому катящемуся в пропасть миру и на душе моей становилось легче. Допив свой кофе, расплатился и оставил чаевые. Я всегда оставлял ей чаевые, она единственная мне нравилась. Честная она что ли, не знаю как объяснить, но доверял ей больше чем всем нашим политикам вместе взятых.
Я вернулся в свою страшненькую квартиру, взял рюкзак, который никогда не собирал. Направился на остановку, как и все я не переносил общественный транспорт, но после того. как меня выгнали с 7 класса в школе напротив, мне приходилось мучатся каждое утро и ехать через 3 квартала. На улице было сыро и прохладно: лучшая погода, которая может быть. Люди с убитыми лицами окружали меня, все стояли угрюмыми и мрачными, будто все, что у них есть в жизни – несчастья и горести. Это было ужасно. Наконец-то подъехал мой автобус, зеленый такой с ворчливым водителем, он всегда жаловался. Я зашел, кинул ему мелочь за проезд и направился в самый конец. Он, как всегда, стал бурчать, что ему все надоело и его жена стерва, что его друг, с которым он учился, стал обеспеченным человеком, а он из-за жены стал тем, кем он является, в общем, нытье, проблемы, нытье. И под такое сопровождение мне пришлось ехать двадцать минут. Когда мы подъехали к моей школе, я с радостью выпрыгнул из автобуса и осмотрел это мрачное здание. Школе моей было лет сорок и она была такой же обшарпанной, как и моя квартира. Не знаю почему, но меня это старье и рухлядь просто преследует во всем. Все что как-то касалось меня непременно оказывалось гнилью, люди не исключение. Народ уже потихоньку шел на уроки, а я стоял и думал в очередной раз, не прогулять ли мне. Все таки решившись пойти, устремил свой шаг, прямо к входу, что было большой редкостью. Меня всегда караулил директор или классная, чтобы за что-то отчитать, поэтому я всегда заходил через черный вход. Но сегодня мне было почему-то все равно, то ли это так повлиял на меня ранний подъем, то ли планеты встали в один ряд, короче пошел туда прямо в руки зверю.
Подойдя поближе, увидел нашего препода, чего и стоило ожидать. Я было думал развернуться и обойти, но не успел. Виктор Стренд уже позвал меня к себе и я, повинуясь, как ягненок, покорным шагом шел к нему. Это был средних лет мужчина в аккуратном костюме, очках и начищенных до блеска туфлях. Всегда у него была чистая рубашка и прекрасная шевелюра, которую, по всей видимости, он укладывал несколько часов. Меня это раздражало, я никогда не любил педантичность, а он был ярким ее примером.
– Почему тебя не было всю прошлую неделю? – поинтересовался он, в его голосе чувствовался гнев.
– А вам то что? – я никогда не любил, когда кто-то вмешивался в мои личные дела, тем более такой человек, как Вик – так называли его ученики. Он только делал вид, что переживает за тебя, а сам в сторонке покуривает сигареты, думая как быстрее от тебя избавиться. Таким он был человеком.
– Не огрызайся, с таким успехом не долго и вылететь со школы, – упрекнул меня он.
– Чего вы больше всего и ждете, – со злобой произнес и протолкался между ним и толпой во входную дверь, задев его ненароком плечом.
Я шел до ближайшего поворота, еще ощущая его испепеляющий взгляд. Наконец-то прозвенел звонок, и все разошлись по кабинетам. Я же был в поисках своего. Вообще наша школа была небольшой: одно четырехэтажное здание с небольшим парком и стадионом при нем. Все кабинеты были практически одинаковы, отличались только кабинеты астрономии, химии, физики и биологии. Там всякие прикольные штуки были: модели, аппараты и прочее. Я не любил учиться, так как меня бесило, что информацию нужно просто зубрить, а не понимать. А мне всегда было интересно, как все устроено. А когда спросишь кого-то, то тебе только и отвечали: «Это не по теме урока, спроси позже». И вот так всегда: ты хотел осознавать, а тебя заставляли тупо учить. Не нравилась мне наша система образования, надеюсь когда-то ее поменяют. Единственный предмет, от которого меня не тошнило, это литература, я вообще любил читать. Просто телик мой не работает, а в квартире моей был огромный шкаф со старыми книгами. Мне очень нравиться запах потрепанных книг, когда открываешь их и чувствуешь связь с прошлым. Представляешь себе сколько людей ее открыло, сколько держало в своих руках и что по сути она намного старше тебя, как и знания, что она хранит. Передо мной оказался нужный кабинет, я помялся немного и набравшись духу открыл дверь.
Сказать, что все были шокированы меня увидеть – не сказать ничего. Вы бы видели их лица. Училка смотрела на меня как на мертвеца, а после короткой паузы указала мне пальцем конец кабинета. Я не смотря в глаза своим однокашникам прошел на свое место и посильнее спрятал шею под воротник. Чувствуя на себе чужие взгляды, я уткнулся в тетрадь и стал рисовать. Я неплохо рисовал, как для любителя, но занимался этим только от безделья. Монотонный голос училки убаюкивал меня, я надеялся что урок будет длиться как можно дольше, не хотел с кем-то разговаривать. Уставший, я просто уснул…
Спустя время меня разбудил парень с нашего класса, угрюмый такой. Он был самый тупой в классе, еще хуже меня, что наверно вообще невозможно, но этот парень бил все рекорды. Природа наделила его массивным телом, он был накачан, нажрал себе такую массу, что в школе его никто никогда не трогал. Хоть он и раздражал всех. Лицо у него было обветренное и все в ссадинах, черные волосы растрепаны во все стороны и давно не бритое лицо. Брутальный, но для кого-то даже симпатичный. Хоть я и не разделял такого мнения. Как ни странно у него первого в классе отросла борода и он, гордившийся ею, никогда не думал сбривать ее. Мол пусть все видят, кто тут настоящий мужик. И это был мой «друг».
– Ты где пропадал? – первым делом спросил он. Сначала я вообще не понял, что он сказал, Рик всегда бубнил себе под нос.
– Та так, на койке валялся, – заговорщицки улыбнулся я, зная что он не отвянет. Он сам часто прогуливал школу в больнице, потому даже без расспросов сразу поверил. Все дураки такие наивные.
Увидев, что ко мне уже было приближаются остальные, я быстро собрался.
– Пошли, – сказал я Рику, не так для компании, а в качестве ледокола, его просто всегда все побаивались и расходились на его пути, как блохи. А я просто пользовался таким бонусом нашей «дружбы». Спрятавшись за его спину, я вышел из класса, не обращая внимания на разговоры и вопросы одноклассников. Не сказать, что мне было стыдно или неловко с ними говорить. Просто я не хотел никого видеть. Мы вышли на лестничную площадку черного входа, чтобы покурить. По всей видимости, он тоже пользовался бонусами нашей «дружбы» и всегда брал у меня сигареты. Вот такой у нас был симбиоз. Что странно, мы даже никогда не общались по душам, всегда либо он мне рассказывал всякие пошлые истории, которые с ним происходили, либо я ему вешал всякую лапшу на уши. Но все же это было лучше, чем просто ходить вместе покурить. Он меня раздражал, как и все здесь, но почему-то я так привык ходить с ним, что уже не мог ходить сам. Я чувствовал, как меня разъедают чужие взгляды, а с ним я был вроде как под некой защитой.
Перемена закончилась, а мы стояли глядя в окно. На улице стояла мерзкая погода, начался мелкий дождь. Струйки воды стекали по стеклу и это было похоже на ходы в муравейнике. Капля за каплей вода собиралась в мини-ручейки и лилась куда-то вниз. Рик уже направился к коридору, я направился за ним. Такая тяжесть окутала мою голову, что мне не хотелось ничего, кроме как лежать дома под одеялом и читать, попивая кофе, но я торчал тут. Мы зашли в кабинет астрономии и расселись по местам. Учитель рассказывал новую тему, что-то про созвездия. Я не особо слушал, но когда он закрыл все жалюзи и выключил свет, я вернулся сознанием в класс. Он достал какой-то шар, в котором горела синяя лампа и в момент на нашем потолке образовалось звездное небо. Я сразу нашел медведицу, и тут преподаватель стал рассказывать про каждое созвездие и показывать его. Это, конечно, было намного интересней, чем всякие электронные модели Вселенной, так как тут ты чувствовал связь с реальностью. Я так заслушался, что не заметил как закончился урок. Такое бывает очень редко.
– Алекс, правда, что квайзеры существуют? – внезапно ко мне обратилась одноклассница, сидящая впереди меня.
От неожиданности я даже дернулся. Все знали, что иногда я увлекался астрономией, даже купил себе телескоп, только он уже давно пылился в шкафу.
– Конечно, хотя некоторые ученые сомневались, но физически, они должны существовать, – быстро ответил я и направился к выходу. У меня не было желания разговаривать с Анной.
Она была хорошей девушкой из примерной семьи и все такое, по сравнению с ней я чувствовал себя полным уродом. Казалось, она святая, никогда ничего плохого не сделает. Может и правда было так, а может просто я такой ужасный, что в сравнении она ангел. Вообще Анна была даже ничего, с аккуратной фигурой, роскошными рыжими волосами и лицо у нее было действительно ангельское. Не представляю, почему у нее еще не было парня. Наверное, потому что чересчур святая, а все мы, такие грешники, боялись осквернить ее. Да и скучно с такими. Во всех нас сидят бесы и оставаясь наедине, мы хотим давать им свободу.
– А она ниче так, – похотливо улыбнулся Рик, когда мы вышли с класса.
– Не тронь ее! – прикрикнул я, сам не знаю от чего. Меня жутко бесил Рик, он был еще тем бабником. Не пропускал ни одной юбки. Рассказывал мне обо всех его похождениях. А с его слов, он даже изнасиловал пару девчонок. За это я готов был разорвать его. Я терпеть не мог, когда милых девушек растлевали такие аморальные уроды, как Рик. А больше всего бесило, что они сами же вешались ему на шею. Так что и виноваты сами.
– Та не ссы, она не в моем вкусе, можешь забирать, – он дружески пихнул меня локтем. По моей коже прошлись мурашки. Мне стало противно, я послал его куда подальше. Он не понял моей реакции и также послал меня. Я просто устремил свой шаг к кабинету, сдавливая кулак с такой силы, что он весь посинел. Его тупость меня доконает. Правду говорят: дурак – всегда прав. Еще день не закончился, а мне уже тошно. Я снова уместился в конце класса, стал рисовать свои эротические фантазии.
Не успел я дорисовать, как Анна повернулась ко мне и увидела всю эту похабщину. Мне стало так стыдно, хоть сквозь землю провались.
– А ты классно рисуешь, – только и всего сказала она, как-то странно улыбнувшись. С пониманием что ли.
Я ничего не ответил, только уже спрятал свою тетрадь в рюкзак. Училка что-то мутно рассказывала про историю, я же все это уже читал и не имел ни малейшего желания слушать, поэтому я достал свое дряхлое «яблоко», наушники и устремился в нирвану.
Я вообще любил музыку, можно сказать даже был меломаном. Приятно, когда на волнах любимой музыки уносишься мыслями куда-то вдаль, откуда их уже не достать. Ты расслабляешься и забываешь обо всем и наконец-то мозг отдыхает от всевозможного в твоей голове. Особенно классно так гулять. Тогда под любимый бит растворяется весь мир. А ты в нем…
Наконец-то я отсиделся все уроки и с большим облегчением вышел со школы. Теперь огромная толпа детей заполнила местную улицу. Я как всегда свернул к остановке. На улице шёл мелкий дождь. Я натянул капюшон и спрятал руки от холода. Скоро подошёл нужный автобус, все те же угрюмые лица и бубнящий водитель. Интересно, что за все время, как я езжу на этом автобусе, ни разу здесь не видел счастливого человека. А водитель такой же неудачник. Иногда, осознавая такое, понимаешь, что жизнь проходит зря. Все как-то на повторе? И от этого хочется выть. Наверно, всю свою молодость я смогу уместить в нескольких предложениях. Печально такое осознавать. Мы ехали в автобусе, в ушах играла какая-то грустная песня, а сквозь расплывчатое стекло виднелся город. Свет люминесцентных вывесок переливался по каплям, мне казалось это забавным. Прям как в голливудских драмах.
Я стоял у подъезда и все не решался войти, мне не хотелось снова оказаться в этих стенах. Это так странно, вот у вас было подобное чувство, когда собственный дом кажется чужим? В конце концов мне было некуда деваться и я направился в свою квартиру. На пороге стоял не самый приятный запах. Видимо утренний «завтрак» не успел выветриться. Есть было нечего, поэтому я кинул свой рюкзак, взял деньги из заначки, она была в пуфике у входа.
В привычном кафе Кэт уже принесла мне омлет с соком.
– Тебе нельзя так все время питаться, – отчитывала меня она. Но мне было от этого приятно. Она не как все. Она ругалась, потому что ты ей на самом деле был не безразличен, а другие – только, чтобы выплеснуть свои нервы. Кэт меня жалела, я это знал и пользовался этим. Когда ты никому не нужен, то цепляешься за каждого, кто уделяет тебе внимание.
– Та ничего, когда-то я буду успевать готовить и больше у вас не будет постоянного посетителя.
– Ахаха, Алекс я думаю, пока это случится, то кафе уже закроется, – парировала он.
– Если вы закроетесь, я помру с голодухи, – улыбнулся я. Первый раз за день.
– Хочешь я могу тебе готовить?
– Ты сейчас смеешься надо мной или серьезно? – я немного был шокирован, услышав такое.
– Ну да, почему бы и нет, я все равно пока что бездомная, вот, живу здесь в подсобке.
– Кэт, что случилось? – удивился я.
– Да так, ничего. Повздорили с хозяйкой.
– И теперь ты живешь тут?
– Ну, это временно. Ой все, Алекс. Отстань. – Она уже повернулся, чтобы уйти.
Услышав такое, я был в ступоре. Недолго размышляя, я сразу пригласил ее к себе.
– Ну я не знаю, а твоя тетя не будет против?
– Пфф, да ты же знаешь, она не живет здесь, просто приходи. Конечно, там не лучшие условия, но лучше чем в подсобке. Немного.
– Хахах, ты такой смешной, для меня сейчас это будет целый замок. Спасибо большое. За такое я тебе буду готовить не только омлет, – улыбнулась она, посмотрела на блюдо и, смеясь, подмигнула мне.
Я не знал, что делал, но твердо ощущал, что должен ей помочь. В мире так мало людей, которые помогут тебе. И я решил причислить себя к ним. Не знаю как объяснить, но я впервые почувствовал свою значимость и решимость.
Мы договорились, что она придет сегодня после рабочего дня. Закончив ужин, я быстро пошел домой. Нужно было все подготовить.
Открыл дверь, горелый запах уже не бил в нос. Много чего было разбросано прям в коридоре и в комнатах. Первым делом я собрал все вещи и запихнул их в один шкаф. Времени оставалось не много, часа с пол, так что я принялся подметать. Худо-бедно, убравшись первый раз за месяц, я направился в свою комнату и был немного растерян тем, что скоро здесь будет еще кто-то. Я уже жалел, что, не обдумав, пригласил ее. Наверняка Элис накричит на меня, а может ей и все равно. Хотя нет, она наверняка заподозрит ее в воровстве. Здесь-то и воровать было нечего, но она была такой материалисткой, что готова удушить за копейку.
Как ни странно, у всех меркантильных гнилые душонки. Внезапно в дверь раздался стук. У меня прошел мандраж. Я соскочил с дивана и уже стоял у двери. Все не решаясь открыть ее, я обернулся назад и увидел, как ущербна моя квартира, мне стало стыдно, но другого пути уже не было. Еще помедлив, прощаясь с одиночеством, я распахнул дверь.
Кэт стояла в своем красном пальто и с распущенными волосами, она была ниже меня. Я почувствовал в себе мужественность, глядя на такое хрупкое тело. Всегда чувствуешь свою силу только сравнивая себя со слабым. Она улыбнулась мне и смущенно посмотрела мне за спину. До меня дошло, что я запнулся и уже несколько секунд разглядывал ее, мне стало так стыдно.
– Ой, да, проходи, – я признал свою оплошность и застенчиво почесал затылок, пропуская ее мимо себя.
Она прошмыгнула в квартиру и кинула свой рюкзак на пол. И тут я понял, что у меня даже нет для нее должного места. Помявшись, я провел ее вовнутрь, показал ей крохотную гостиную с теликом и диваном, свою комнату, которая была чуть ли не метр на метр. Там была лишь кровать и узкий стол, заваленный книгами.
– Я смотрю, ты любишь читать, – обрадовано произнесла она.
– Да так, телевизор не работает, – пояснил я. Но она пропустила это мимо ушей.
– В наше время, так мало людей читают, – жалобным тоном сказала она. – От этого все проблемы, люди не развивают себя. Вот я люблю читать. Можно брать твои книги?
– Да-да, конечно, бери все, что нужно, – мы прошли в комнату Элис, которая была чуть лучше моей, только с кроватью, шкафчиком с книгами и окном с видом на соседнюю крышу.
– Можешь спать здесь, когда ее нету, а если придет, то в гостиной.
– Хорошо, спасибо большое, – она поцеловала меня в щеку, я почувствовал, как покраснел. Без сомнений, она мне нравилась.
– А у тебя есть душ?
– Да, там дверь в коридоре.
Она наконец-то сняла пальто и, взяв рюкзак, закрылась в душе. Было странно осознавать, что теперь мне нужно будет следить за собой и я теперь не смогу в открытую смотреть фильмы 18+. Не то чтобы я был извращенцем, просто мне нравился пошлый юмор. Я чувствовал себя каким-то стесненным, а ее с первых минут уверенность смущала меня еще больше. Она вела себя, как моя любовница, пока она купалась, я слышал как хлопочет вода. Я представил себе, что было бы, если и правду мы стали любовниками. Моя фантазия настолько разыгралась, что у меня даже появилась эрекция. Внезапно дверь открылась. Я сидел на стуле в коридоре. Не знаю почему, я сразу встал, как если бы в класс вошла учительница, настолько выработанная привычка, что я чувствовал себя рабом системы. Проследив за ее взглядом, я понял, что она смотрит прям на мои гениталии, которые явно выпирали сквозь мои узкие джинсы. Она улыбнулась, а я, покраснев, как помидор, быстро направился в свою комнату, по пути бросив ей, чтобы она располагалась, как дома. Наверное, я выглядел огромным глупцом. Конечно же, она меня воспринимала, как ребенка и сейчас наверняка смеется с меня. Я ударил себя ладонью по лбу, хотелось провалиться под землю. Я – мастер неловких ситуаций.
Пролежав так минут тридцать, я понял, что должен выйти. Но не знал под каким предлогом. Потом вспомнил, и, собрав охапку книг, вышел к ней. Она по-хозяйски лежала на диване, листая что-то пальцем на смартфоне. Она не видела меня, поэтому тихонько подошел сзади и кинул возле нее три книги.
– О, спасибо, – отложив телефон сказала она. – Ты извини меня, я не хотела смутить тебя.
– Та ничего, проехали, – не глядя в глаза сказал я. – Я пойду спать, если придет Элис, – разбудишь.
– Ок, доброй ночи, – она ласково улыбнулась мне.
– Взаимно, – холодно ответил я
Закрывшись в своей комнате, я внезапно почувствовал усталость, будто весь день, не замечая ее, мой организм работал, а теперь вся тяжесть упала на меня. Веки наливались, я стал зевать, упал на кровать и, сам того не заметив, уснул. Я редко спал здесь, мне больше нравилось спать на диване, не знаю почему, но так я ощущал себя комфортнее. Никогда не любил маленьких помещений, типа моей комнаты.
Источник